Владимир Сергеевич Соловьев


2

Владимир Сергеевич Соловьев родился в Москве 16 января 1853 г. в семье известного русского историка Сергея Михайловича Соловьева, автора многотомного труда «История России с древнейших времен». Со стороны матери, Поликсены Владимировны, Вл.Соловьев принадлежал к украинско-польской фамилии, имея в числе своих предков замечательного мыслителя XVIII в. Григория Саввича Сковороду.

Обстановка ранних лет Вл. Соловьева сложилась весьма благоприятно для его последующего духовного развития. Необычайно одаренная натура Владимира Соловьева и его постоянные и, можно сказать, страстные поиски высших истин сказались уже в ранние годы его жизни. Мечты о монашестве и страданиях за веру сменились, под влиянием идей материализма, кризисом богоборчества и атеизма, привели к глубокому изучению философии и, затем, к глубокой осознанной религиозности, вернее, высокой истинной духовности.

Среднее образование Вл. Соловьев получил в московской 5-й гимназии, в которую поступил в 1864 г., окончил на отлично с золотой медалью и правом поступления в Университет без экзаменов; а высшее образование – в Московском университете, в который поступил в 1869 г. и окончил в 1873 г. В Университет он поступил на физико-математический факультет, где также преподавались другие естественные науки, из которых Соловьева более всего увлекала биология. Позднее он переходит на историко-филологический факультет, и, спустя год (в 1874 году), в Санкт-Петербурге блестяще защищает магистерскую диссертацию по теме «Кризис западной философии (против позитивистов)».

Соловьев читает лекции в Московском Университете, а также на Высших женских курсах. В 1876 году он отправляется в Лондон, где в Британском музее изучает древние манускрипты, постигая философию востока. Затем состоялась его поездка в Каир, имевшая большое значение для его духовного пути.

С 1877 года Владимир Соловьев преподает в Санкт-Петербургском Университете, где в 1880 году защищает докторскую диссертацию. На этот период приходится знакомство и дружба с Ф.М.Достоевским, известно, что летом 1878 года они совершили совместную поездку в Оптину Пустынь. Беседы с юным философом нашли отражение в последнем романе Достоевского «Братья Карамазовы».

В 1878 году состоялись знаменитые лекции Соловьева «Чтения о богочеловечестве», на которые стекался весь образованный Петербург.

В 1881 г. преподавательская деятельность Вл. Соловьева навсегда закончилась после прочтения им публичной лекции 28 марта 1881 г., в которой он призывал помиловать убийц Александра II. «С этого момента, – пишет А.В.Иванов в книге «Скрижали метаистории» – для Соловьева закончилась не только преподавательская деятельность, но и вообще то, что ценит большинство людей – карьера, упорядоченное существование. Разумеется, он активно участвовал в научной и общественной жизни: писал статьи и книги, выступал с докладами, был редактором философского отдела в большом Энциклопедическом словаре Брокгауза и Эфрона, поддерживал связи с множеством известных деятелей того времени. У него было много друзей, но он никогда не смог, что называется, «устроиться в жизни». Вернее сказать, он был совершенно равнодушен к этому; у него не было ни семьи, ни дома, ни постоянного места работы».

Соловьев пишет книгу «Духовные основы жизни». Он пишет о вере, любви, посте – просто и ясно, на языке, который не был специфически клерикальным, каким-то архаичным, «церковным», на том самом языке, на котором он писал свои кристально ясные философские книги, свою публицистику. Протоиерей А. Мень писал об этом: «Как говорили многие современники, иные люди (а их было немало) начинали свое знакомство с традицией Святых Отцов, с писаниями Святых Отцов именно с книги Владимира Соловьева «Духовные основы жизни».

В 1891 году Владимир Соловьев выступает в Психологическом обществе с лекцией «Об упадке средневекового миросозерцания». Доклад вызывает бурную реакцию. Острые вопросы о христианстве, поставленные Соловьевым, взбудоражили священнослужителей. Цензура не пропускает в печать его книги, и он вынужден издавать свои труды за границей.

С 1889 г. Соловьев занят преимущественно проблемами этики и эстетики. В 1894 г. выходит его книга «Оправдание добра». Фундаментальные философские труды Соловьева, такие как «Духовные основы жизни» и «Оправдание добра», оказали сильнейшее влияние на образованную и творческую Россию и поставили его в ряд самых выдающихся мыслителей страны. Знаток многих языков, глубочайший философ и талантливый поэт, положивший начало целому направлению символизма, он, однако, оставался официально непризнанным, что в России случалось довольно часто.

Он много путешествовал – по Европе, или «по городам и весям» самой России. Путешествия и скитания не прерывали его творческой деятельности. С годами поездки перестали действовать на него благотворно, окружавшая жизнь и люди становились все более чуждыми и враждебными.

К концу 1890-х годов здоровье его стало заметно ухудшаться, он стал чувствовать неимоверную физическую слабость. Будучи в Москве летом 1900 г., он принужден был в июле приехать в подмосковное имение Узкое, принадлежавшее тогда кн. Петру Николаевичу Трубецкому, в котором жили также друзья Вл. Соловьева, известные московские профессора Сергей Николаевич и Евгений Николаевич Трубецкие. Врачи нашли полнейшее истощение, упадок питания, сильнейший склероз артерий, цирроз почек, и острый воспалительный процесс, который, по-видимому, послужил толчком к развитию болезни. Кончина Вл. Соловьева произошла в этом имении Трубецких 31 июля 1900 г. Похоронен он был на Новодевичьем кладбище, вблизи могилы его отца. Он прожил всего 47 лет, но этого хватило, чтобы оставить неизгладимый след в русской мысли и истории.

На этом заканчивается биография Владимира Соловьева, так, как она предстает перед нами по воспоминаниям современников и трудам исследователей. Не понятый большинством своих современников, подвергнутый хуле и преданный забвению в послереволюционные времена, Соловьев и по сей день для многих остается загадочной, противоречивой, эксцентричной личностью. В книге «Тернистый путь Красоты» Л.В.Шапошникова пишет: «Соловьев, «неразгаданный и двоящийся», был первым из отряда святых странствующих Рыцарей, которым суждено было хранить Планету и всех, кто населял ее в разломный и катастрофический ХХ век. Ни личность Соловьева, ни значение его трудов и наследия в целом не могут быть нами правильно поняты, если мы не учтем его святости, его связи с Высшим инобытием, не осознаем всей тяготы его существования в этом мире плотной материи. Его поэзия и философия наполнены ощущениями и мыслями этого «двоемирия» в той степени, в какой еще никому не удавалось до него».

Подтверждением этих слов стали собранные воедино воспоминания близких друзей и последователей философа, – Сергея Николаевича и Евгения Николаевича Трубецких, поэта А.Блока, А.Н.Бердяева – тех, кому удалось увидеть, уловить это одновременное пребывание Вл.Соловьева в двух мирах. «Кому случалось хоть раз в жизни видеть <…> Владимира Сергеевича Соловьева – тот навсегда сохранял о нем впечатление человека, совершенно непохожего на обыкновенных смертных. Уже в его наружности, в особенности в выражении его больших прекрасных глаз, поражало единственное в своем роде сочетание немощи и силы, физической беспомощности и духовной глубины» (Е.Н.Трубецкой).

Другим источником понимания духовного мира Вл.Соловьева является его поэзия, и на лекции звучали стихотворные строки, позволяющие понять мироощущение философа:

Милый друг, иль ты не видишь,

Что все видимое нами –

Только отблеск, только тени

От незримого очами?

В поэзии Соловьева запечатлен и самый важный духовный опыт философа, оказавший глубочайшее влияние на всю его жизнь – его встречи с высоким Женским Началом. Они описаны в поэме «Три свидания».

Пронизана лазурью золотистой,

В руке держа цветок нездешних стран,

Стояла ты с улыбкою лучистой,

Кивнула мне и скрылася в туман.

«Отдельные лучи и отблески божественного мира должны проникать и в нашу действительность и составлять все идеальное содержание, всю красоту и истину, которую мы в ней находим» – писал Владимир Соловьев. Эти «три свидания», три живых соприкосновения с высшим миром стали лучом, озарившим жизнь Вл.Соловьева и нашедшим отражение в его учении о Софии, «вечной женственности», или Мировой Душе. «В философии Живой Этики эти понятия связаны с Матерью Мира, сложной философско-исторической категорией, имеющей важнейшее эволюционное значение – пишет Л.В.Шапошникова. – О «вечной женственности», или Софии, писали после Соловьева философы и поэты Серебряного века. Это было дуновение Космической эволюции, которое донеслось из Инобытия и с которым Соловьев соприкоснулся не умозрительно, или теоретически, а реально, начиная с самого раннего возраста, и пронес это Присутствие через всю свою жизнь».

Учение Вл.Соловьева о женском космическом начале было связано с его представлением о грядущем преображении человека через Красоту, через творчество – в новом, высоком понимании его сути. Соловьев говорит об искусстве как о «теургии», т.е. о со-творчестве Человека и Бога, в процессе которого и достигается «всеединство».

Говоря о творчестве Вл.Соловьева, необходимо отметить его профетический характер. Н.А.Бердяев писал: «Владимир Соловьев стоит на грани новой космической религиозной эпохи. Он видит уже розовую зарю. И трагедия его жизни была трагедией космического перевала. Чуял он, как и Достоевский, как и все глашатаи русского мессианизма, что Россия стоит в центре мира, что через нее мир идет к новой космической эпохе». Как человек, опередивший свою эпоху, он ощущал сближение миров – Мира Высшего и мира земного. Он предвидит грядущее Преображение, представляет себе возможным установление Царства Божия на Земле, ищет возможные формы воплощения этой идеи, мечтает о создании всемирного теократического государства. Столкновения с жизненными реалиями заставляют его признать эту идею утопичной. Ближе к концу жизни, уже имея достаточный «земной» опыт, он предвидит приближающиеся потрясения, испытания, катастрофы. С друзьями он делится предчувствиями, что близки времена, когда верующим опять придется собираться на молитву в катакомбах, потому что вера будет гонима. Пройдут не более двух десятилетий, и его предвидения станут страшной реальностью России.

В завершение рассказа, хотелось бы привести, как некий итог, слова Л.В.Шапошниковой: «То, что в Соловьеве соединилось сознание двух миров, ставило его в ряд феноменальных явлений века. Позже Живая Этика назовет такое состояние одним из свойств грядущего Нового человека. Соловьев был предтечей будущих эволюционных изменений не только как мыслитель, но и как личность, уже несущая в себе эти изменения. Он был тем, в ком физически и духовно реализовался синтез художника, святого и философа».
Сайт Санкт-Петербургского отделения МЦР

Написать ответ