С.Ф.Ударцев. Метаправо: о глобальной эволюции права.

Метаправо: о глобальной эволюции права.

С.Ф.Ударцев, sudartsev@sfera.kz

проректор по учебной работе Академии юриспруденци –
Высшей школы права “Әдiлет” (Алматы, Казахстан), д.ю.н., профессор
Статья опубликована в журнале: Вестник Московского государственного открытого университета (МГОУ). 2003, №2 (11). С.33 – 42.

В ХХ в. в результате бурного индустриального и научно-технического развития человечество впервые практически столкнулось с опасностью глобальной экологической катастрофы и отныне обязано соизмерять свою деятельность с её экологическими последствиями. В ХХ в. произошло ещё одно планетарное по своему значению событие – человечество начало практическое исследование и освоение космоса, вступило в эпоху непосредственного формирования космической цивилизации, складывание предпосылок которой происходило в истории длительное время. Современная человеческая цивилизация приблизилась к новой фазе своей эволюции, – во всех областях жизни реально возникает планетарный (цивилизационный) уровень интеграции[1]. Начало ХХI в выявило новые черты эволюции глобального политического правового порядка. Представления о единстве человечества, неразрывной связи человека и его права с природой, с космосом, к началу XXI в. все более приобретают, так сказать, «кровь и плоть», постепенно превращаются из сугубо отвлеченных проблем в проблемы, имеющие уже отчасти практическое, прикладное значение. Кстати, как и современная космонавтика, ставшая многоплановым фактором мирового развития, в том числе экономического, военного, информационного (особенно телекоммуникационного), научно-технического и т.д.
Формирование разветвленной системы международного права, становление подсистем космического права, развитие атомного права, такой новой отрасли права как экологического права и приобретение экологическими проблемами общеправового и общечеловеческого значения и т.п., несколько приоткрывают историческую завесу над новыми горизонтами права, позволяют прогнозировать некоторые общие тенденции правового развития.
При всех трудностях экономического, финансового, военного, политического и иного характера, которые переживает современное человечество, весьма актуальным для его стабильного развития оказывается анализ возможных стратегических путей и перспектив эволюции человеческого общества и форм его жизни для познания и выбора новых глобальных исторических ориентиров. Модные антикосмические настроения, свойственные современному периоду экономического и финансового кризиса, некоторого застоя в развитии космических программ, не должны препятствовать широкому и объективному взгляду на возможные перспективы глобального исторического развития. При этом, в условиях неравномерности развития различных стран, народов и даже отдельных сфер общественной жизни внутри одного и того же общества, имеется множество текущих проблем, которые необходимо решать в различных странах и в мире в целом. Неудивительно, что многие вопросы, связанные с формированием космической цивилизации как глобальной исторической перспективы ещё не получили адекватного их значению развития в теории права и государства, рассматриваются преимущественно в философской литературе.
В философии права формирующийся новый уровень правового развития получил название метаправа[2]. При этом мы выделяем два уровня метаправа как следующего за допланетным уровнем правового развития: а)планетарный или планетный (точнее – цивилизационный) и б)гипотетический межцивилизационный[3]. Космический уровень развития права может включать в себя ряд этапов.
Метаправо – закономерная и завершающая цикл правового развития фаза эволюции права, раскрывающая на планетном и космическом уровнях глубинную природу и масштабы права. Осмысление метаправа, видимо, внесет существенные смысловые и ценностные коррективы в правопонимание, сложившееся на предшествующим (допланетном, докосмическом) уровне развития права.

Идеи о космической природе человечества и политико-правовых
формах организации его единства в истории мысли

В древнейших пластах политико-правовой мысли встречаются размышления о единстве людей планеты Земля, связи законов человеческого общества с законами природы и космоса, о космической природе человека и человечества. От мифологии и ранних политико-правовых идей Древнего мира – идей космического божественного государства, объединяющего людей, животных, духов, небожителей и т.д. (Месопотамия, IV тыс. до н.э.), идей небесной космической власти в Ветхом Завете[4], небесного, божественного происхождения царей, фараонов (в том числе в мифе об Атлантиде, дошедшем до нас во многом благодаря произведениям «божественного» Платона), от легенды о сыне Неба Ийме в древнеиранской «Авесте» (и его «двойниках» в древней Индии, в мифах и легендах других народов), от идей космического разума как основы права у Платона и его модели Ночного собрания, сверяющего законодательство с космическими основами права, от идей киников и стоиков о космическом государстве и человеке как гражданине Вселенной, идей высших космических законов, управляющих космосом, человеческим обществом и человеком (“рита (рта)” в Древней Индии, “дао” в Древнем Китае и др.), от идей пророков мировых религий об основных нормах права, основывающихся на разумной природе права, трансформированных в новое время И.Кантом в его «категорический императив» и т.д., – прослеживается как бы интуитивное и накапливающееся рациональное знание человечества о неких фундаментальных принципах права, его высших смыслах и глубинной космической природе.
С осмыслением глобальной природы государства и права связана также идея государства, объединяющего планету. Идея формирования всемирного государства и всемирной федерации специально обсуждается в философской и юридической, в частности, в международно-правовой, литературе, по крайней мере, начиная с XVII – XVIII в., особенно активно – с конца XIX – начала ХХ вв. (в том числе видными юристами-международниками и теоретиками государства и права России). Концепцию формирования единых политико-правовых органов объединяющегося человечества (“сенат мира”, “мировой суд”, “правители (верховные судьи) мира”) выдвинул в середине XVII в. видный чешский мыслитель Ян Коменский. Из работ начала ХХ в. особый интерес, в частности, представляют труды по теории и истории федерализма забытого в советское время эмигранта А.С.Ященко[5].
Ряд фундаментальных идей о космической ступени эволюции человечества и возможных политико-правовых формах его жизни высказал основоположник космонавтики и космической философии К.Э.Циолковский, особенно в известных философских произведениях 1920-30-х гг. Эти произведения он издавал за свой счет малотиражными брошюрками в Калуге. Идеи их не вполне вписывались в официальную советскую идеологию и представления о светлом коммунистическом будущем на планете без государства и права. Циолковский признавал наличие во Вселенной разумных цивилизаций различного уровня развития и полагал, что наиболее могущественным из них принадлежит высшая власть во Вселенной, что они пользуются максимальной свободой. «Их воля, – писал он, – почти согласуется с абсолютной волей вселенной. Их техническое могущество, в связи с их общественной организацией, сделало их владыками мира. Через них космос и проявляет свою власть»[6]. Циолковский фактически обосновывал концепцию космического государства объединенного человечества. По его мнению, Вселенная нуждается в организации и управлении и не может обойтись «без главы вселенной, без обширного руководства, объединения и знания…». Мыслитель допускал существование в будущей космической цивилизации человечества «президентов разных степеней» на одной планете, затем «управителей» (президентов) «планет, солнечных систем, групп солнц, млечных путей и так далее, вероятно, без конца»[7]. В другой работе он писал: «На каждой совершенной планете один выборный президент, выражающий волю народа. Каждая Солнечная система, – а их миллиарды миллионов – также имеет своего верховного представителя. Группы солнц объединяются своим президентом. Каждый Млечный Путь (миллиарды солнечных систем) – тоже. Может быть, имеет объединение и Эфирный Остров (собрание млечных путей)»[8]. В незаконченной работе «Порядок космической философии и ее выводы» (5 сент. 1933 г.) мыслитель писал: «II.Иерархия водородных существ (то есть из известной материи). 15.Есть президенты планет. 16.Есть президенты солнечных систем. 17.Есть представители солнечных групп. 18.Есть заведующие солнечными «кучами». 19.Есть президенты млечных путей. 20.Есть президенты эфирных островов. 21.Есть президент космоса»[9].
Позднее проблема будущей космической роли государства достаточно конкретно была поставлена в трудах В.И. Вернадского. В теориях постклассического анархизма ХХ в. космическое будущее человечества мыслилось как безгосударственное, или предполагалась существенная трансформация государственности как исторически преходящего явления и смена её более высокими формами организации человечества (А.Л.Гордин и др.)[10].
В работах В.И.Вернадского проводилась также мысль о политико-правовом объединении всего человечества. Отмечая несостоятельность создания империй в истории человечества насильственным путем, как и навязывания всем одного понимания смысла и цели жизни, он, в частности, замечал, что «Идея об едином государственном объединении всего человечества становится реальностью только в наше время, и то, очевидно, становится пока только реальным идеалом, в возможности которого нельзя сомневаться. Ясно, что создание такого единства есть необходимое условие организованности ноосферы, и к нему человечество неизбежно придет»[11].
Видную роль в подготовке общественного сознания к новой космической фазе эволюции сыграл Н.К.Рерих.
Во второй половине ХХ в. становятся весьма актуальными проблемы формирования новых политико-правовых форм жизни объединенного человечества и глобальных его политико-правовых перспектив. В этот период начинается освоение новых видов энергии, новых технологий и материалов, новых средств связи и информации, происходит быстрое развитие компьютерной техники, практической космонавтики и т.д., что как никогда прежде соединяет население планеты в одно целое. С точки зрения экономического, финансового, технического, телекоммуникационного и информационного развития человечество, пожалуй, впервые осваивает и включает в сферу своей деятельности планету в целом.
В западной социологии и политологии второй половины ХХ в. решение проблем общепланетных и «надпланетных» задач, стоящих перед человечеством, давно связывают с идеями «вертикализации» «горизонтальных» социально-политических и политико-правовых отношений современного человечества[12]. По нашему мнению, эта объективная тенденция постепенно всё более будет прокладывать себе дорогу. Однако на данном этапе истории человечества его поджидают новые проблемы, противоречия, опасности, которые, ещё предстоит осмыслить, а также трудности и даже трагедии, катаклизмы, которые, возможно, предстоит пережить. В литературе высказывались и сомнения в предпочтительности отхода от полигосударственной политической системы мира[13]. Думается, что постепенное формирование политико-правового единства человечества будет включать в себя и развитие полигосударственного многообразия как элемент сложносоставного единства.
Таким образом, в научной литературе последних десятилетий проблема политико-правовых форм организации объединяющегося человечества и возможных его внутренних и внешних отношений вырисовывается всё более отчетливо. Мы полагаем, что с формированием единой общечеловеческой цивилизации, её развитием в космосе и дальнейшей трансформацией, следует соизмерять глобальные исторические перспективы государства и права, их наиболее общий и глубокий смысл, природу и назначение в теории государства и права, в философии права. Государство, право, законодательство далеко не исчерпали своего исторического предназначения и в XXI в., по всей вероятности, будет весьма полно раскрыт их потенциал как политико-правовых форм организации жизни планетной и космической цивилизации.

Плюрализм правопонимания как реальность восприятия права сознанием. Уровни правопонимания.

Право как сложное многозначное явление получает в общественном сознании многоплановое отражение. Многогранность права – объективное явление. Объективной является и многочисленность субъектов права и познающих право субъектов, их социально-экономических, политических и иных интересов, отраженных или не отраженных в праве и в их представлениях о том, каким право должно быть. Практические и теоретические, многоплановые научные, бытовые, профессиональные, основанные на разном мировоззрении, на различных методологических подходах к политико-правовым явлениям объяснения смысла, причины и перспективы права, к тому же помноженные на политические позиции и взгляды авторов – консерваторов, революционеров и либералов, демократов, сторонников олигархии, аристократии, этатистов и анархистов, националистов и интернационалистов, патриотов или космополитов, социалистов, коммунистов, феминистов и т.д., дают объективно объемное видение права, представляют совокупность существующих в обществе вариатов правопонимания, в том числе тенденций правового развития.
При этом следует особо отметить специфику научного правопонимания. Оно – более всестороннее, не ограничивающееся лишь конъюнктурными потребностями сегодняшнего дня, способное к многоплановому объективному восприятию глубинных смыслов права в контексте явлений, соответствующих современному уровню познания природы права. Научное правопонимание имеет возможность видеть определенную ценность самых различных точек зрения на право как отражающих частную позицию, интересы и цели конкретного познающего субъекта, а также конкретную область, сферу, уровень права как сложного эволюционирующего явления.
И ещё одно замечание. Правопонимание, по нашему мнению, включает несколько уровней соответственно уровням права и уровням субъектов правопонимания, каждый из которых имеет определенные особенности в аспектах правопонимания, используемых категориях, объеме анализируемых явлений, в задачах и целях, стоящих перед субъектом того или иного правопонимания:
а) по уровням субъектов правопонимания:
индивидуальное правопонимание;
правопонимание на уровне социальных групп (профессиональных групп, классов, наций, а также политических партий и движений, выражающих те или иные аспекты правопонимания указанных крупных социальных групп[14], и т.д.);
правопонимание на общечеловеческом уровне;
правопонимание на уровне субъектов гипотетического межцивилизационного права;
б) по уровням права:
правопонимание на уровне логики и системы категорий отдельной отрасли права (конституционного права, гражданского права и т.д.);
правопонимание на уровне системы национального права; правопонимание на уровне «правовой семьи» (правовой транснациональной системы права или трансгосударственной региональной системы);
правопонимание на уровне международного права;
правопонимание на уровне общечеловеческого, планетарного (цивилизационного) права (цивилизационный космический уровень);
правопонимание на уровне принципов, категорий и т.д. гипотетического межцивилизационного права (межцивилизационный космический уровень)[15];
Правопонимание на уровне логики формы права (законодательства, обычного права, прецедентного права, договорного права и т.д.), очевидно, не может быть выделено при классификации по уровням права, поскольку эти формы права присущи различным его уровням.
Видимо, правопонимание того или иного смежного уровня субъектов права и правопонимание того или иного правового уровня могут, как совпадать, так и иметь определенные отличия. Правопонимание каждого следующего более высокого (более общего) уровня включает «в снятом виде» правопонимание всех более частных соответственно уровней субъектов права и уровней права и наоборот, каждый более частный уровень правопонимания включает в себя прямо или косвенно, в преобразованном виде, определенные постепенно познаваемые элементы более общих уровней понимания права.
Правопонимание человечества осуществляется одновременно на всех уровнях, во всех формах и всеми возможными субъектами познания права. С одной стороны, это совокупность всех предыдущих уровней, а также вариантов и концепций правопонимания, а с другой стороны, – это синтетическое правопонимание определенного уровня. Это относится и к более высокому космическому уровню правопонимания.
В настоящей статье преимущественно затрагиваются уровни метаправового развития: планетарный (цивилизационный) и гипотетический межцивилизационный[16].

Основные смысловые аспекты метаправа
Право – явление, имеющее человеческий и надчеловеческий (постчеловеческий) уровень по своему смыслу, природе, объему регулируемых явлений. На определенном этапе развития человеческой цивилизации право имеет почти исключительно антропоцентристские ценности и характеристики (человек – мера всех вещей, мера права). Однако постепенно, по мере исторической эволюции цивилизации, право выходит на новый уровень раскрытия своего потенциала, сочетающий антропоцентристский и более широкий неатропоцентристский, так сказать, космический разумоцентристский (или метасоциальноцентристский) аспекты своей природы.
Для понимания расширения ценностных ориентиров права следует учитывать глубинный генетический (или метасоциальный) аспект права. Возникновение права происходило в человеческой истории из явлений, непосредственно к человеческому обществу не относящихся. Право человеческого общества имеет дочеловеческую историю(предысторию). Мононормы первобытного общества обнаруживают связь не только с последующим развитием права, но и определенную связь с предшествующим или параллельно существующим механизмом регулирования поведения всех социальных животных. Отношения социальных животных живущих стадами, стаями, ульями, муравейниками и т.д. регулируются множеством различных норм(сложных по содержанию мононорм, связанных с инстинктивным регулированием поведения). Содержание и структуру этих норм и механизм их связи с сознанием, подсознанием и надсознанием ещё, видимо, предстоит изучить[17]. В то же время, нельзя не отметить, что они могут иметь и общий для данного сообщества характер, но при этом и корректироваться потребностями определенных групп животных, доминирующих в данном сообществе. Они имеют биологическую и социально-биологическую природу, особенности в различных видах животных и, видимо, определенную вариативность, специфику в сообществах животных одного вида.
Можно предположить, что нормативные регуляторы различных сообществ живых существ имеют некие фундаментальные мононормы поведения всех членов таких сообществ в целях поддержания существования и процветания сообществ и его членов, для защиты своей ниши в природе. Эти фундаментально-генетические нормы имеют характер более глубокий в структуре и механизме сознания и организации функционирования живого организма, чем многие внешние регуляторы, действующие в человеческом обществе. И хотя связь между нормами сообществ живых существ не прямая, нельзя не отметить наличие некоторых общих принципов, объединяющих эти нормы. Можно высказать гипотезу о присутствии в структуре сознания человека и в механизме функционирования живого организма элементов инстинктивных и усвоенных индивидом социально-полезных мононорм и механизмов их «включения», регулирующих поведение индивидов и их групп в социальных организмах, о существовании общих фундаментальных принципов и норм, существующих в различных сообществах живых существ. Это может стать темой специального исследования.
Новые смысловое элементы метасоциальности содержит и гипотетический уровень контактов разных цивилизаций.
Второй аспект – экологический[18]. Право сосредоточивает в себе ценности, выходящие за пределы эгоистических интересов человеческого общества(как и иных отдельных видов живых существ) и тем более отдельных социальных групп и индивидов, которые, кстати, нередко вступают в конфликт с разумными основами человеческой жизни. Человечество переосмысливает свои интересы, познает их как включающие экологическую защиту биосферы и в дальнейшем – космоса.
Разум как основа права диктует необходимость подчинения права неким высшим ценностям, предполагающим поддержание существования планеты и окружающего космического пространства, необходимого равновесия животного мира, охрану природных богатств, затрачивая для этого, при необходимости, значительные средства. Разум диктует человеку поведение (и регулирующие его нормы) как заботливому и рачительному хозяину, покровителю планеты, который обязан заботиться о ней во избежание экологической катастрофы, опасной и для человека. Человек должен корректировать свои технологии, принимать меры к ограничению и предотвращению выброса вредных веществ в атмосферу, в реки, озера, моря, океаны, проводить работы по обезвреживанию вредных (в том числе, радиоактивных) отходов производства (включая добывающую промышленность), обеспечивать защиту растительного и животного мира, иных составных частей биосферы планеты, регулировать разработку, создание и хранение разрушительных видов оружия и т.д.
Человек осознает и фиксирует в праве свое неразрывное в конечном счете единство с биосферой и космосом. Человечество начало движение по пути управляемой коэволюции общества и природы[19].
Третий аспект – планетарный (точнее цивилизационный), с учетом происходящего освоения космического пространства. На рубеже II и III тысячелетий новой эры человечество вступает в период формирования единой планетарной политико-правовой организации, всемирной федерации (конфедерации) со всё более нарастающими элементами мирового универсального права и мировой властной организации. И, хотя этот процесс ещё не завершился, но тенденция оформления нового уровня политико-правовой организации проявилась достаточно отчетливо. Организация Объединенных Наций второй половины ХХ в.(как и Лига Наций первой половины ХХ в., Лига мира и свободы и иные организации второй половины XIX в.) – постепенные шаги по пути формированию новой всемирной организации. Основные принципы и нормы данного планетарного уровня права, формирующегося на базе нового этапа развития международного права, могут быть также отнесены к элементам и составным частям метаправа[20].
Четвертый аспект –гипотетический межцивилизационный (панцивилизационный). Он связан с тем, что в настоящее время существуют, как известно, в равной мере недоказанные и неопровергнутые практикой и наукой гипотезы – о единственности и уникальности разумной жизни на планете Земля и о возможности существования внеземных цивилизаций[21]. При этом можно согласиться с тем, что уникальность человека и человечества не может быть поколеблена признанием или отрицанием существования внеземных цивилизаций космоса.
Это – надмеждународный уровень правового регулирования. Многомерность, многовариантность и бесконечность мира, особенно на уровне исторического развития цивилизации, когда она обретает статус космической и существенно расширяет среду и формы своего обитания во Вселенной, актуализируют такие проблемы философии права как формирование, принципы, содержание, формы метаправа как межцивилизационного явления, как средства регулирования отношений на более высоком уровне по сравнению с международным и планетарным (цивилизационным) правом. На этом этапе исторического развития разумные основы всё более проникают во внутригосударственное право, более урегулированным и разветвленным становится международное право, которое, по существу, оформляется в целостную моно-или полицентричную сложносоставную, но тем не менее единую мировую систему права, – во многом саморегулируемую, но тем не менее всё более унифицированную глобальную правовую систему, объединяющую в правовом отношении земную цивилизацию.
Однако современные представления о Вселенной, пространстве и времени не позволяют с абсолютной достоверностью отрицать возможность более высокого уровня, масштабов общения разумных форм жизни в космосе. С учетом же возможной естественной неравномерности развития цивилизаций в зависимости от условий существования, времени и места появления, ступени эволюции, и т.д. могут возникнуть проблемы нового уровня иерархии – иерархии цивилизаций, их ценностей, познанных ими законов космоса, взаимосогласования правовых систем в условиях возможных контактов, сотрудничества и взаимопомощи цивилизаций по мере расширения их жизненного пространства в космосе, освоения способов перемещения в пространстве и времени, овладения законами управления энергией, позволяющей преобразовывать формы материи и соотношение, взаимосвязи пространства, времени и движения и т.д.
Возникают проблемы бесконечного и конечного развития права в целом и различных его элементов, трансформации определенных правовых форм при существенных трансформациях цивилизации, связанных с возможными ступенями её эволюции. Актуализируются проблемы соизмеримости масштабов права, иерархии его ценностей для сознания цивилизаций, имеющих определенные познавательные и иные эволюционные ограничения, обусловленные уровнем их развития. На новом уровне правового развития не исключена перспектива появления новых компонентов права, раскрывающих, возможно, новые глубинные его стороны, новые уровни правопонимания.
Появляются также проблемы соотношения различных форм нормативного регулирования и видов социальных норм, их трансформации, синтеза и дифференциации на различных уровнях структурно-организационной (в том числе политико-правовой) жизни разумных существ по мере эволюции цивилизации.
Пятый аспект метаправа – антропокосмический (относящийся к системе человек и космос), а также, метасоциокосмический ( в определенной мере – биокосмический – как учитывающий необходимость защиты биосферы космических тел, объектов и постантропокосмический – как учитывающий интересы гипотетических цивилизаций иного эволюционного уровня), дополняющий антропокосмический аспект и выходящий за пределы интересов, целей или даже возможностей человека и человечества (например, появление новых средств обеспечения норм метаправа). Антропоцентризм прежнего уровня правового развития, видимо, в ходе эволюции должен уступить место более широким правовым ценностным ориентирам. Биосфероцентризм как принцип, отражающий ценности системы человек-биосфера[22], в перспективе также оказывается промежуточным вариантом развития системы правовых координат, постепенно интегрирующих космические начала и как бы выходящих в космос.
При всей уникальности человечества, идеализация человека как вершины, «венца» творения подвергается сомнению многими мыслителями, особенно, начиная с XIX в., и современными учеными. Так, В.И. Вернадский отмечал, что «Homo sapiens не есть завершение создания, он не является обладателем совершенного мыслительного аппарата. Он служит промежуточным звеном в длинной цепи существ, которые имеют прошлое, и, несомненно, будут иметь будущее, которые имели менее совершенный мыслительный аппарат, чем его, [и] будут иметь более совершенный, чем он имеет»[23]. «Человек не есть «венец творения»[24], – писал он в другом месте. В современной научной литературе высказывается гипотеза о возможности существования космического «сверхразума» в материалистическом смысле (по отношению к человеческому разуму)[25]. В то же время нельзя не констатировать, что исторический потенциал развития человека и человечества, только начинающих свою космическую историю, не может быть исчерпан в обозримом будущем.
В метаправе найдет выражение новая, более сложная система ценностей, учитывающая и экологию биосферы Земли, и экологию космоса, и ценности и принципы, позволяющие регулировать возможные социальные отношения более высокого уровня, а также ценности и принципы человечества как космической цивилизации.
Космическая цивилизация, несмотря на её могущество, мощную энерговооруженность, познание многих законов космоса и своей собственной природы, должна прежде всего использовать естественно протекающие процессы в космосе, космические стихии для своего интенсивного развития, своей безопасности, должна как бы «вписаться» в естественный ход вещей, в естественные космические законы, ритмы и циклы.
Шестой аспект метаправа – субъективный, внутренний – своеобразное внутреннее открытие субъектом права сопричастности метаправу, включение субъективного права в систему права нового уровня, наполнение субъективного права элементами метаправа, осознание пронизанности субъективного права метаправовыми началами. Человек реально превращается в субъекта космического права, и наряду со статусом гражданина национального государства всё более полно оформляется его статус как члена единого политико-правового сообщества планеты а, возможно, сообщества более высокого космического уровня.
Ю.Е. Пермяков, касаясь вопроса «Космос и право», справедливо выделяет также космический аспект права в самом человеке как констатацию его внутренней связи с космосом, необъяснимую в рамках докосмического общества. «Космическое начало, – пишет он, – проникает в право прежде всего через личность, которая с помощью права реализует свою сверхсоциальную, космическую сущность». «Метасоциальное содержание права может быть объективировано в каких-либо правовых институтах,… но большей частью оно скрыто во внутреннем мире человека, где он вступает в диалог с самим собой… Метасоциальное содержание права возрастает по мере того, как человек подчиняет свои поступки достижению каких-либо целей, в которых он выражает понятый им смысл жизни. И гарантируя с помощью правовых механизмов свободу личности, общество готово признать, что не знает и не может знать, для каких целей эту свободу следует употребить. В этом случае право оказывается в высшей степени иррациональным и мистическим явлением»[26].
Можно также выделить седьмой – информационный и познавательный аспект метаправа. Человечество в своей эволюции проходит несколько стадий на пути движения и приближения к мировому разуму, всё более подходит к освоению космического информационного поля. Создаются модели сознания, которые постепенно становятся всё более совершенными, информационно более ёмкими, способными вместить в незначительный объем носителей информации всё более значительный объем памяти человечества и информации о мире. То есть, в масштабах человечества изобретаются и совершенствуются не только индивидуальные средства улучшения умственной деятельности отдельных людей, но также ускоренно развивается техническая и информационная инфраструктуры, включающие взрывообразно расширяющуюся мировую компьютерную сеть, мировую «информационную паутину» интернета, способные постепенно интергировать в новую глобальную технико-информационную систему общественного регионального и общечеловеческого сознания сферу национального и международного права.
К концу ХХ в. человек начал освоение создаваемой им искусственной реальности (так называемой, виртуальной реальности) – своего рода расширяющегося и усложняющегося, по некоторым параметрам всё более приближающегося к оригиналу и в то же время неуловимого и бесконечно разнообразного электронного двойника ещё более бесконечно разнообразного мира. Фактически виртуальный мир превращается в определенную подсистему реальности. Возникает новый оригинальный, относительно самостоятельный электронный мир, который может таковым и существовать, но может воплотиться и в иной, не только компьютерной реальности.
Человечество начинает творить новый мир в виртуальной реальности и с её помощью моделировать недоступные сферы окружающего мира, космоса, сознания. Мир становится подверженным, податливым воздействию мысли и чувства, интуиции человека, оказывается всё более зависимым от сознания, всё более переходящим в сферу сознания в глобальном эволюционном смысле. Человек учится пребывать в моделируемом им мире, в идее о мире отчасти материализованной, в модели мира и осваивать его с помощью новых адаптационных возможностей, меняющих многие его представления и о самом себе, и о мире. Формируется информационная, компьютерная цивилизация нового уровня развития, продолжающая активно развиваться, хотя и сосуществующая значительный отрезок времени параллельно с остаточными явлениями предшествующих ступеней развития цивилизации.
Однако, особенно за последние полтора века, заметна тенденция существенного ускорения развития арьергардных звеньев эволюции цивилизации (к сожалению, далеко не всегда с использованием гуманным средств достижения цели) при прохождении определенного отрезка исторической эволюции. В связи с этим весьма актуальным являются хранение, развитие и всемерная защита гуманистических ценностей, выработанных человечеством.
В таких условиях человек продолжает движение по пути к планетарному и космическому разуму прежде всего через формирование сначала общечеловеческой информационной и интеллектуальной системы, представляющей из себя синтез складывающейся единой систему цивилизационного человеческого сознания и стремительно совершенствующейся мировой информационной компьютерной сети, необозримо расширяющей объем доступной для изучения, анализа и передачи информации, творческие возможности сознания отдельного человека и человечества как некоего целого. Каждому члену общества (при соблюдении определенных правил) как бы максимально предоставляется арсенал совокупного знания человечества с возможностью фиксировать текущую повседневную и повсеместную динамику познания всего человечества. Человек всё более подключается к общему сознанию человечества.
Переход на новую ступень приближения к мировому разуму ведет к глубинной трансформации регуляторов поведения, приближение их к новому уровню достоверности, прогнозирования явлений и моделирования поведения в соответствии с новым уровнем критериев, ориентиров и ценностей, форм правотворчества, средств хранения, анализа и систематизации права и т.д.. Метаправо соответствует также формированию космоноосферы[27].
Наконец, все эти и иные аспекты, которые можно выделить как, характеризующие природу и существенные особенности метапровового уровня развития права, тесно взаимосвязаны между собой и взаимодействуют друг с другом.

Высший принцип метаправа
Как известно, основным принципом человеческого (земного, антропоцентристского) права является принцип, нашедший отражение в учениях ряда древнейших мыслителей, многих основателей мировых религий, а в новое время в учении Иммануила Канта, в его идее “категорического императива”[28]. Этот принцип исходит из приоритета общего сознания человечества, общечеловеческих ценностей над сознанием и ценностями отдельного индивида или социальных групп, общих принципов поведения в человеческом обществе над индивидуальным поведением (если это не противоречит общим интересам). Данное положение не означает, разумеется, что сознание индивида и группы всегда ниже сознания общества или человечества – иначе не было бы прогресса. Но общая воля человечества, реализуемая в праве, требует общечеловеческих стандартов, допускающих не только развитие, лидерство и инициативу, но и преследующих поведение, которое в случае осуществления его в широких масштабах, может нанести урон, ущерб человечеству, препятствовать его процветанию, благосостоянию, прогрессу, поставит под сомнение общечеловеческие ценности как ориентиры, маяки нормального движения и развития человечества в целом и отдельного человека (в том числе включающие и защиту индивидуальных прав и свобод человека как элементарных частиц, из которых складывается безопасность человечества в целом).
Основной принцип метаправа первого уровня (цивилизационного) в максимальной степени воплощает в себе общечеловеческие ценности и «золотое правило» («категорический императив») земного права, но он будет всё более наполняться неантропоцентристским (постантропоцентристским), экологическим и иным содержанием.
Основной принцип метаправа второго уровня (гипотетического межцивилизационного) имеет свою специфику. Во-первых, он выходит из границ антропоцентристских ценностей человеческого (земного) права, расширяется до масштабов ценностей космического разума с учетом уровня эволюции и масштабов космических контактов человеческой цивилизации. Во-вторых, он должен учитывать уровни эволюции космических цивилизаций, их сознания, ступени развития их науки и техники. В-третьих, он исходит (что связано со вторым моментом), – из иерархии космических цивилизаций, как иерархии стадий развития космического разума и степени овладения им законов космоса и его эволюции. Более развитые (условно говоря «старшие») цивилизации будут иметь, очевидно, определенный приоритет и в политико-правовом отношении, включая приоритет принципов их цивилизационного права в метаправе второго уровня.
В итоге, основной принцип метаправа второго уровня, возможно, будет включать следующие элементы:
– признание приоритета ценностей метаправа по отношению к ценностям права более низкого уровня;
– приоритет сознания и воли, правовых установлений более высокоразвитых цивилизаций, доверие к космическому разуму, его знаниям и принципам регулирования межцивилизационных, экологических и иных отношений, регулируемых метаправом;
– осознание необходимости, что особенно важно, гармонического сосуществования и принципов параллельного развития цивилизаций разных ступеней эволюции и соблюдения интересов всех цивилизаций с учетом и исходя из высших приоритетов и ценностей эволюции космического разума;
– взаимопомощь космических цивилизаций в пределах разумных возможностей с учетом ступеней эволюции цивилизаций и их сознания.
Таким образом, глобальные тенденции развития человечества указывают на грядущее раскрытие правом своей космической природы, на формирование новой надстройки, структуры и содержания правовой системы в эпоху формирования единой человеческой космической цивилизации. Право всё более определенно выявляет новые грани своего потенциала и более глубинный смысл как явление и фактор эволюции человечества и элемент глобальной космической эволюции.
Не исключено, что со временем, по мере формирования необходимых предпосылок и развертывания прогнозируемых явлений в реальной действительности, проблема метаправа может стать новым научным направлением в правоведении[29]. В то же время и проблема метаправа, к осмыслению которой исторически приближается человечество, принимая во внимание, уровни космической правовой эволюции, по всей видимости, не исчерпает всей природы, всей тайны права и власти[30].

[*] Статья опубликована в журнале: Вестник Московского государственного открытого университета (МГОУ). 2003, №2 (11). С.33 – 42.
[1]Как заметил В.В.Налимов, – «Хотим мы того или нет, но бытие людей на нашей планете должно стать единым. Глубинно единым – иначе катастрофа». Налимов В.В. Искушение Святой Руси. На грани третьего тысячелетия. Томск – М.: Водолей, 2002. С. 212. См. также: С. 211 и др.

[2] См., напр.: Рубцов В.В., Урсул А.Д. Контакт цивилицаций и проблемы метаправа.// В кн.: К.Э.Циолковский: Философские и социально-политические проблемы освоения космического пространства. Труды двадцать первых- двадцать третьих чтений, посвящ. разработке научного наследия К.Э.Циолковского. (Калуга, 1986, 1987, 1988). Секция «К.Э.Циолковский и философские проблемы освоения космоса». М., 1991. С.181–190.
О метаправе, возможных направлениях трансформации правопонимания и некоторых вопросах космизации общественного сознания, предпосылках этого процесса см. также, напр.: Ударцев С. Метаправо и правопонимание (о трансформации правопонимания на новом уровне правового развития) / Матер. Междунар. круглого стола «Проблемы современного правопонимания» // Научные труды «Әдiлет» (Алматы), 2000, №1(7). С.22–40 (фрагменты данной работы использованы в настоящей статье); Ударцев С.Ф. Правопонимание и некоторые проблемы метаправа: Тез. докл. / Тернистый путь понимания права (обзор матер. круглого стола [“Проблемы совр. правопонимания”, Алматы, 12.05.1999]) // Юридич. газета (Алматы), 1999, 30 июня. № 26; Ударцев С.Ф. Биокосмизм: предчувствие космической эры // Простор (Алма-Ата), 1992, № 4. С.160-166; Ударцев С. Звездная судьба человечества. Философия космоса // Казахстанская правда (Алма-Ата), 11 окт. 1991 г. С.3; Космонавтика и перспективы человечества: философско-социологический аспект. Труды ХХV чтений, посвящ. разработке наследия и развитию идей К.Э.Циолковского (Калуга, 11-14 сент. 1990 г.). Секция «К.Э.Циолковский и философские проблемы освоения космоса». М., 1991. С.233–242.
[3] В таблице английского ученого и писателя-фантаста Кларка, помещенной И.С.Шкловским в его известную книгу, на 2030–2040 .г. предсказывалась возможность установления человечеством радиоконтакта с внеземными цивилизациями. См.: Шкловский И.С. Вселенная, жизнь, разум. 3-е изд. М., 1973. С. 291, 293.
[4] См., напр.: Ударцев С.Ф. “Ветхий Завет”: политико-правовые идеи и легенды // Евразия (Алматы), 2002, № 1(5). С.5-23.
[5] См., напр.: Ударцев С. Правовое государство: смысловые грани доктрины (из истории философии права) // Научные труды «Əдiлет» (Алматы), 2001, №1(9). С.15-18, 29-31 и др

[6] Циолковский К.Э. Воля вселенной. Неизвестные разумные силы. Калуга, 1928. С.16. См. также, напр.: Циолковский К.Э. Воля вселенной. Неизвестные разумные силы. Алма-Ата, 1992. С.15-16. В хранившейся в архиве работе «Разум и звезды» К.Э.Циолковский наметил план развития следующих идей: «Влияние разумных существ на развитие Вселенной… Влияние разума на устройство Вселенной. Мысль как фактор эволюции Космоса». См.: Урсул А.Д. Перспективы экоразвития. М., 1990. С.200.
[7] Циолковский К.Э. Научная этика. Калуга, 1930. С.23.
[8] Циолковский К.Э. Воля вселенной. Неизвестные разумные силы. Алма-Ата, 1992. С.16. О взглядах К.Э.Циолковского см. также: Мапельман В.М. «Я хочу привести вас в восторг… от ожидающей всех судьбы» (Космическая этика К.Э.Циолковского) (Из цикла «История этических учений»). М., 1991.
[9]Циолковский К.Э. Космическая философия: Сборник. М.:ИДЛи, 2001. С.351. Выделено жирным шрифтом в книге.
[10] Об этом см.: Ударцев С.Ф. Политическая и правовая теория анархизма в России: история и современность. Алматы: Казахстан, ВШП «Әдiлет», 1994 (гл. 4).
[11] Вернадский В.И.Научная мысль как планетное явление. М., 1991. С.76. См. также с. 84-85.

[12] См., напр.: Space and Societu. N.Y., 1964; Школенко Ю.А.Философия, экология, космонавтика. М., 1983.С.154-155; и др. Параллельно могут развиваться тенденции децентрализации социальной организации и определенной автономизации, в т.ч. в эпоху активного освоения (колонизации) космоса. В литературе, напр., велась полемика о развитии космических городов-государств, что может быть вполне приемлемой формой организации при определенных условиях. См.: Урсул А.Д. Человечество, Земля, Вселенная. Философские проблемы космонавтики. М., 1977. С.201. В 1970-х гг. в полемике советских ученых с их американскими коллегами проявлялись идеологические стереотипы, которые, однако, не заслоняли главных проблем.
По мнению французского интеллектуала Жака Аттали институты ООН должны обрести «истинную сверхнациональную власть, обычную планетарную политическую власть…». Первоначальной формой такой власти, по его мнению, может быть «постоянно действующая встреча в верхах глав государств, представляющих нации различных континентов. Она может стать прообразом таких институтов в будущем и определить некоторые из необходимых стандартов. Если этого не сделать, то такие институты будут навязаны комитетами самозванных экспертов или же тайных заговорщиков». При этом государства и правительства не исчезнут, будут действовать в локальных границах. См.: Аттали Жак. На пороге нового тысячелетия. М., 1993. С.128 –131.
[13] См., напр.: Налимов В.В. В поисках иных смыслов. М., 1993. С.162. По его мнению, СССР за свою историю обогнал мир по пути процесса огосударствления жизни, идущего и на Западе. «Теперь делается попытка сравняться с ним» (Там же. С.163).
[14] К данному уровню правосознания и правопонимания можно отнести и специфическое правосознание професиональных парламентариев – депутатов законодательного органа (особенно в профессиональных парламентах при многократности избрания значительной части депутатского корпуса), выполняющих одновременно и разнообразные представительские функции (в отношении избирателей, представляемых ими партий, органов и регионов и т.д.) и имеющих при этом и свои специфические групповые интересы.

Уровни правопонимания могут классифицироваться и по временному критерию. Напр., правопонимание на уровне исторической эпохи и т.д. (кстати, хронологический аспект имеют все уровни правопонимания).
[15] В.В.Налимов ввел понятие метасознание как «способности воспринимать на глубинных уровнях сознания воздействия, идущие непосредственно от вселенского начала». Признавая космическую природу права, следует иметь в виду и данный неизученный аспект правосознания, очевидно, весьма высокого уровня. См.: Налимов В.В. На грани третьего тысячелетия… М.,1994. С.53.
[16] Что касается проблемы внеземных цивилизаций (ВЦ), то будущее человечества невозможно рассматривать вне контекста проблемы ВЦ. Актуальность данной проблемы была справедливо отмечена еще в Резолюции первой советско-американской конференции по ВЦ (5-11 сент. 1971 г.). См.: Шкловский И.С. Указ соч. С.332. Очевидно, что философия и общая теории права не должны быть изолированы от осмысления этого разворачивающегося грандиозного процесса и возможных его последствий.
Лауреат Нобелевской премии мира академик А.Д.Сахаров, признавая неизбежность расширения попыток установления связи с ВЦ, отмечал, что «информация, полученная «извне», может оказать революционизирующее воздействие на все стороны человеческой жизни – на науку, технику, может быть полезной в смысле обмена социальным опытом. Бездействие в этом направлении, несмотря на отсутствие каких-либо гарантий успеха в обозримом будущем, было бы неразумным». См.: Сахаров А.Д. Тревога и надежда. 2-е изд. М., 1991. С.83.
[17] Определенные успехи в этом плане сделаны социобиологией, зоопсихологией и другими направлениями современной биологии, социальной психологии и т.д. См., напр.: Кропоткин П.А. Взаимная помощь среди животных и людей как двигатель прогресса. Пг.; М., 1922 и иные изд.; Халифман И. Муравьи. М., 1963; Wilson E.O. Sociobiology: The New Synthesis/ Cambridge (Mass.) et al., 1975; Мариковский П.И. Муравьи пустынь Семиречья. Алма-Ата, 1979; Меннинг О. Поведение Животных. М., 1982; Эрман Л., Парсонс П. Генетика поведения и эволюция. М., 1984; Карпинская Р.С., Никольский С.А. Социобиология. Критический анализ. М., 1988; Ударцев С.Ф. Кропоткин. М., 1989; и многие др. На это обстоятельство обращает внимание и С.С.Алексеев, замечающий, что «именно сейчас, в наше время, всё более утверждаются в научном мире данные о биосоциальных предпосылках поведения людей», о генетических программах поведения. См.:Алексеев С.С. Самое святое, что есть у Бога на земле. Иммануил Кант и проблемы права в современную эпоху. М., 1998. С.50,56 и др.
[18] Экологическая направленность – существенный элемент метаправа как явления общецивилизационного уровня. В то же время, экологические опасения лежат в основе некоторых современных антикосмических настроений, связанных с реальными экологическими, политическими и военными проблемами современного этапа развития космонавтики (милитаристская направленность, угроза изменения биосоциальной природы человека, воздействие на биосферу и т.д.). О феномене антикосмизма см.: Казютинский В.В. Космизм и антикосмизм: современные дискуссии // В кн.: Стратегия выживания: космизм и экология. Отв. ред. Л.В.Фесенкова. М., 1997. С. 199–200.
[19] См.: Урсул А.Д. Перспективы экоразвития. М., 1990. С.167.

[20] Лауреат Нобелевской премии мира М.С.Горбачев выступая в ОНН в 1988 г. отмечал необходимость кодификации международного права, формирования мирового сообщества правовых государств, подчиняющих свою внешнеполитическую деятельность праву, самоограничивающих себя международным правом, тем самым, констатируя определенные подходы к планетарной стадии развития права. См.: Горбачев М.С. Выступление в Организации Объединенных Наций. 7 дек. 1988 г. М., 1988. С.21.

[21] Обсуждение проблем ВЦ и космического разума активизировалось в период практического освоения космоса во второй половине ХХ в., начиная в 1950–1960-х г.г., однако многие аспекты данной проблемы обсуждались и ранее, в том числе в трудах К.Э.Циолковского.

[22] См.: Лось В.А. В поисках эколого-культурологической стратегии развития России // Стратегия выживания: космизм и экология. М., 1997. С.12.
[23] Вернадский В.И. Указ соч. С.69. Кстати, примечание редакции, сделанное к данному месту в цитируемом издании книги не соответствует смыслу, вкладываемому автором в приведенные его слова. К.Э.Циолковский также придерживал подобных взглядов. См., напр.: Казютинский В.В. Космическая философия К.Э.Циолковского // Философия русского космизма. Отв. ред. Огурцов А.П. и Фесенкова Л.В.М., 1996. С.122; Фесенкова Л.В. Русский космизм сегодня // Там же. С.364.
[24] См.: Вернадский В.И. Указ соч. С.101. В то же время Вернадский отмечал грандиозные перспективы человека, непреодолимую мощь свободной научной мысли, творческой силы человеческой свободной личности как величайшего нам известного проявления космической силы, царство которого впереди. См.: Шаховская А.Д. Хроника большой жизни // Прометей: Ист.-биогр. альм. сер. «Жизнь замечат. людей». Т.15. 125-летию со дня рожд. В.И.Вернадского посвящается. М., 1988. С.75.
[25] См., напр.:Урсул А.Д. Перспективы экоразвития. М., 1990. С.249.

[26] Пермяков Ю. Лекции по философии права. Самара, 1995. С.27, 34.
С.С.Алексеев высказал предположение о том, что свобода и право своими корнями уходят за пределы суровой прагматики, опыта, чувственного восприятия, словом, в область «сверхчувственного мира» и могут быть отнесены не только к глубинным природным явлениям, но и к категориям трансцендентального характера. См.: Алексеев С.С. Указ.соч. С.68.

[27] См.: Урсул А.Д. Перспективы экоразвития.М., 1990. С.258. Представляет значительный интерес также его концепция ноократии.
[28] См., напр.: Ударцев С.Ф.Политические и правовые идеи Иммануила Канта // В кн.: Кант И. Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане. К вечному миру. Алматы: ВШП «Әдiлет», 1999. С.5–40.
[29]: «Несомненно, как-то заметил В.И.Вернадский, – среди ныне открываемых явлений и фактов или среди наблюдений, сложенных в вековом научном архиве, есть зародыши, которые в будущем разовьются в новые важные отделы знания…». См.: Вернадский В.И. Указ. соч. С.192.
[30] Можно согласиться в этом с И.А.Исаевым. См.: Исаев И.А.Метафизика власти и закона. М., 1998. С.253.

Написать ответ